Сентябрьская катастрофа польского государства, мало того, что загнала народ Польши под власть немцев (это было бы ещё полбеды) – она привела к тому, что трехсоттысячное польское меньшинство на Волыни оказалось целиком и полностью во власти бушующего вокруг него украинского национализма – причём самого худшего и беспощадного его вида, бандеровщины!

Пока Западная Украина находилась под властью Советов (с сентября 1939-го по июнь 1941-го) – ситуация всё же в значительной степени держалась под контролем советских органов, хотя эксцессов на почве межнациональной вражды хватало. Но когда 22 июня 1941 года в пределы СССР вторглись немцы и в течении нескольких недель оккупировали всю территорию Западной Украины – вот тогда для польского населения Волыни реально замаячил призрак тотального уничтожения – ибо немцы, в отличие от русских, никакого сочувствия к полякам не испытывали и защищать польских крестьян от лавинообразно нарастающего украинского национализма даже и не думали.

Надо сказать, что лагерь украинских националистов, де-факто ставших реальной властью на территориях Галичины, Волыни и Прикарпатья, был далеко не однородным. Организация украинских националистов, созданная в 1929 году под руководством полковника Коновальца, ко времени начала советско-германской войны радикально размежевалась на более-менее вменяемое крыло под руководством А. Мельника (коллегу Коновальца по русскому плену и деятельности во времена УНР), свою задачу видевшее в воспитании нового поколения на традициях борьбы за независимость и подготовке населения к завоеванию национальной государственности – буде к тому созреют условия — и «революционное» крыло С. Бандеры («Краевая экзекутива» ОУН), основой своей борьбы считавшее террор и диверсии. Поскольку Мельник был эмигрантом, а Бандера – своим, местным, к тому же за убийство министра внутренних дел Польши Перацкого получившим пожизненный срок – то симпатии молодых украинских радикалов были, безусловно, на стороне бандеровцев. К тому же за сторонниками Бандеры были громкие дела, овевавшие их в глазах малограмотных селюков ореолом романтики – убийство в 1931 году начальника Восточного отдела польского МИДа Тадеуша Голувки (его боевики Билас и Данилишин не только расстреляли, но для верности ещё и зарезали кинжалами), убийство в 1934 году советского консульского работника Майлова (за что, кстати, Коновальца 23 мая 1934 года и взорвал в Роттердаме небезызвестный Павел Судоплатов), убийство того же Бронислава Перацкого. Для людей, живших в обстановке постоянного польского гнета (причём гнёта ДЕМОНСТРАТИВНОГО), эта бандеровская стрельба по польским чиновникам была бальзамом на сердце!

И тут вдруг настал момент, когда власть польского государства, практически официально считавшая украинцев людьми второго сорта, внезапно растворилась в воздухе – все эти Рыдз-Смиглые, Сикорские, Мосьцицкие, Гауке-Новаки, Краковские и прочие надменные и фанаберистые польские вельможи бежали из страны, поджав хвост – а за ними бежали польские жандармы, офицеры, чиновная мелкота и разная околовластная сволочь; и польские крестьяне внезапно оказались один на один с окружающим их морем украинцев – двадцать лет до этого момента ежедневно, ежечасно и ежеминутно вынужденными ощущать свою неполноценность в сравнении с такими же крестьянами, которым повезло родиться «правильной» национальности…

Что сделали бандеровцы первым делом, войдя вместе с немцами в пределы Западной Украины? 30 июня 1941 года заместитель Бандеры (к тому времени благодаря немцам вышедшего на свободу) Ярослав Стецько сотоварищи провозгласили во Львове создание независимого «Украинского государства» — каковое действо сопроводилось массовой резней польского и еврейского населения «столицы Галичины». Немцы, надо сказать, эту самодеятельность ОУНовцев не одобрили, и быстренько отправили инициативных хохлов в концлагерь – но сам процесс они остановить и не хотели, и не имели возможности. 14 октября 1942 года ОУН Бандеры провозгласило создание Украинской повстанческой армии – которая в ближайшие десять лет станет ночным кошмаром всего населения Западной Украины…

Исторической правды ради надо отметить, что поначалу «Украинская Повстанческая армия» возникла не на Львовщине (что было бы логично), а на Украинском Польесье, и родоначальником её был вовсе не Бандера или Стецько, а некто Василь Боровец, более известный в истории как «Бульба». Ещё в 1930 году он основал на Волыни малочисленную организацию «Українське Національне Відродження» и начал борьбу за своё собственное видение «Независимой Украины» — за что в 1934 году загремел в концлагерь в Картуз-Березе (его заподозрили в связях с ОУН – совершенно, кстати, напрасно). В следующем году Боровца (или Бульбу?) выпустили, 1 августа 1940 года он перешёл советско-польскую границу – надо полагать, думал, что на этой стороне ему будет вести свою работу проще. Но особых лавров он на советской Волыни не сыскал и, скорее всего, был бы в положенное время изловлен и отправлен в солнечный Магадан – но тут и для пана Боровца, и для всего украинского «освободительного движения» наступил звездный час – 22 июня 1941 года немцы вторглись в пределы СССР.

Боровец (пардон, теперь он уже самый что ни на есть Бульба), воспользовавшись тем, что южнее Припяти никаких активных действий в начале войны не велось (немцы наступали южнее и севернее, и советская 5-я армия под командованием легендарного героя Халхин-Гола Потапова медленно отходила на восток ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ПО ПРИКАЗУ вышестоящего командования), попытался на временно ничейном куске украинской земли основать «Новую Украину». Оное образование должно было, по мысли «Бульбы», стать преемником Украинской Народной Республики – олицетворявшуюся в предвоенные годы «президентом» А. Ливицким. Набранные Бульбой-Боровцом небольшие группы дезертиров (называющие себя «Полесской Сечью») заняли городок Олевск и, захватив там брошенные склады РККА, провозгласили свою самостийную республику – одновременно с этим Бульба-Боровец 8 августа 1941 года высквалыжничал у командира 213-й немецкой пехотной дивизии разрешение на формирование полка в одну тысячу штыков. Затем новоявленная «Полесская Сечь» наладила контакты с Организацией украинских националистов (с тем её крылом, что возглавлял Мельник), акт же восстановления Украинского государства, провозглашенный Степаном Бандерой и Ярославом Стецько 30 июня 1941 года во Львове — не признала, как не признала и правительства во главе со Стецько. Таким образом, волынские «щирые украинцы» решительно и бескомпромиссно противопоставили себя галицко-тернопольским «щирым украинцам» — увы, «бандеровцы» оказались куда сильнее «бульбовцев»…

от Александр Усовский

Меня зовут Александр Валерьевич Усовский. Родился 9 апреля 1968 года на Полесье, в Белоруссии – которая нынче сделалась Беларусью. Окончил исторический факультет Белорусского государственного университета, причем учился с 1985 по 2004 годы – такая вот была лютая тяга к знаниям… Свободно владею польским, французским, немного венгерским, понимаю по-чешски и по-словацки. Пишу книги с 2005 года, и останавливаться пока не намерен. Раньше ваял историческую публицистику, сейчас занят беллетристикой – прежде всего, историческими романами, сказывается образование. Буду рад, если мои книги принесут пользу – хотя бы в плане не напрасно потраченного времени.